http://morkovka.net
морковка
 
 | м | новое - старое | эротические рассказы | пособия | поиск | рассылки | прислать рассказ | о |


 Знакомства   Я Ищу от до в

рассказВоздушные шарики не заклеивают!
автор: Зигмунд
тема: романтика
размер: 59.37 Кб., дата: 11-02-2001 версия для печати
страницы: [Пред.] 1 2 3 [След.]

     В Висконсин Стэйт Джеки не обращала на парней внимания. С Экли они познакомились только потому, что Дженни встречалась с Заком. Однажды перед уик-эндом, на который Джеки хотела съездить в Чикаго, у нее сломалась машина. Она пожаловалась об этом Дженни в присутствии Зака. Зак сказал, что Экли собирается ехать в Чикаго, и что он, Зак, собирался попросить его подкинуть их с Дженни тоже. Ну, а "Корвету" что трое, что четверо.
     Зак с Дженни, ясное дело, оккупировали заднее сидение и встречались там. Пока ехали они не мешали, но перед Чикаго была пробка, и Джеки с Экли встретились взглядами, когда оба пытались заставить себя не оборачиваться на заднее сидение. Застигнув друг друга, они от души засмеялись, и Экли как бы невзначай положил руку Джеки на бедро. Его прикосновение было отнюдь не сродни жадным лапаньям Алана. Джеки не стала снимать руку Экли со своей ноги, а повернулась к нему и попыталась посмотреть на него осуждающим взглядом. А он в ответ взял и поцеловал ее. Только сигнал от машины сзади вернул Экли к реальности. Собственно в даунтаун Чикаго они так и не доехали, а сняли два номера в первом же попавшемся мотеле.
     Как человек Экли не нравился Джеки, но она не ненавидела его, как Дженни и не относилась к нему снисходительно, как Зак. После этого уик-энда Джеки поняла, что делать любовь и любить могут быть совершенно разными вещами. Чем бы ни был Экли по жизни, делал любовь он классно. Однажды Джеки поняла, почему ей так приятно и она сказала об этом Экли.
     - Ты такой же ласковый, как моя мама.
     Но Экли обиделся. Больше Джеки никогда ничего ему не рассказывала. Она и раньше с ним не особенно откровенничала.
     Зак наоборот, был ей очень приятен. Ироничный и умный, он одной фразой, одним словом мог так много сказать. Он был не похож на ньюйоркца своим вниманием к людям. Ни о чем эдаком Джеки даже не помышляла, замуж ей было все равно за кого, кроме того, Зак был мальчиком ее подруги. А ниже пояса ее более чем удовлетворял Экли. Пока не взбесил окончательно.
     Даже если бы кто-нибудь из них и высказался против кругосветки, которую хотел подарить всем Зак, она бы, наплевав на все, бросила бы Экли и отбила Зака у Дженни. Это был единственный шанс Джеки посмотреть мир. У нее самой не было таких денег, а родители не дали бы ни за что. Перед отшельничеством в Квебек это надо было сделать. А то, что Экли попытался лишить ее этого, да еще посмел предположить, что она присоединится к нему, то, что он повел себя как тряпка, как гомик какой-то взбесило ее невероятно.
     Она была благодарна Дженни за то, что та ее не оставила в одиночестве тем вечером. Они всю ночь говорили ни о чем, но Джеки стало легче. Ей действительно нужны были каникулы от мальчиков. Она даже чувствовала себя в какой-то степени покровительницей Зака и Дженни, поскольку была невольно посвящена в тонкости их отношений. Когда они за стенкой предавались наслаждению друг другом, Джеки только снисходительно улыбалась. Занятия подруги ее не возбуждали.
     Все перевернулось с ног на голову, когда Зак положил ей руку на плечо. Когда он их обнял обеих, Джеки захотелось увильнуть из под его руки, но когда он сделал это только ей одной, Джеки растаяла. Она тут же мысленно скинула с Зака одежду и впилась в его тело всем, что у нее было. К счастью Зак быстро отпустил ее, и ей не стоило большого труда перебороть свою страсть. "Надо будет держаться от них подальше", - решила Джеки, - "Хорошо, что палатка вторая есть".
     Три бака нужны были Заку вовсе не для получения этой дурацкой скидки. Он не говорил девушкам, но истинным его планом было сплавать на дальние острова, за линию горизонта. В день на этих действительно самых быстроходных посудинах этого класса можно было делать по 100-120 миль. Причем морских, а не уставных. Одного бака должно было хватать на 400 миль. Так что Зак проложил свой маршрут совсем не так как в путеводителе. Еще дома он купил GPS, и, на всякий случай, пластиковый секстан с прилагавшимися картами звезд, таблицами и магнитным компасом. Довольно долго Зак искал погодозащищенный калькулятор с синусами и косинусами. Но теперь он был во всеоружии.
     Остаток этого дня и весь следующий они испытывали ходовые, маневренные качества своего транспортного средства и привыкали к особенностям бытовых процедур. Как то приготовление еды на примусе и, пардон, туалет. Зак честно не подглядывал за девчонками, но они обязательно хотели делать это с неподвижной лодки. Наверно, чтобы журчало громче. Выяснили, что противосолнечный тент здорово тормозит лодку, и солнечные очки и длинная одежда гораздо более эффективны. Переночевали на одном из рекомендованных путеводителем островов. Кроме них там никого не было, и Дженни с Заком сбежали от Джеки на другую сторону острова и в ночи делали это стоя на песке, дико крича и вызывая в себе звериные страсти. Это стало у них называться ╚как обезьяны╩. И Джеки спала спокойно.
     Следующий намеченный Заком остров находился в 80 милях. На всякий случай он решил выйти пораньше, чтобы не причаливать к коралловым рифам в темноте. Девушки, едва лодка отплыла, снова уснули, и Зака ничто не отвлекало от капитанских обязанностей. Он измерял координаты секстаном и сверял по GPS, довольный все увеличивающейся точностью своих измерений.
     После ланча Джеки захотелось искупаться, и остальные не стали терять времени даром. Дженни наклонилась через борт, чтобы помахать рукой Джеки, как Зак был уже тут как тут. Он, невидимый Джеки, тихонечко стащил Дженнины плавочки и стал целовать ее побритую на лето щелку. Дженни доставляло особое удовольствие смотреть на подругу и заниматься сексом. С Заком она значительно расширила и дополнила это понятие, хотя в глубине души все равно стеснялась необычных, в деревне говорили "извращенных", отношений. Едва она кончила первый раз, как Зак приступил к делу по настоящему. Дженни легла грудью на борт, возбуждаясь еще больше, а Зак руками занялся ее лысым лобком и клитором. Вопль своего оргазма Дженни замаскировала под призыв Джеки:
     - Эй-эй-эй! Эй-эй-эй-эй-эйййй!!! Дже-ки!- орала Дженни.
     - Хорошо-то как, Джеки, - неслышно даже для Зака добавила она.
     К вечеру по радио стали говорить о приближающемся шторме, а потом и просто передали штормовое предупреждение. Ребята с трудом оттащили нелегкую все-таки лодчонку от воды. Палатки поставили в зарослях бананов, подальше от пальм и деревьев, уделив особое внимание прикреплению к грунту. Сверху натянули тент. Вещи "второй необходимости" спрятали под перевернутую лодку. Эту ночь провели под шум дождя втроем в одной палатке, а Зак пел без аккомпанемента русские туристские песни. Девушки слушали-слушали, да так и уснули, обнявшись вместе. Утром дождь ослаб ненадолго, но потом вернулся вновь со шквальным ветром. Тент унесло в банановые заросли и палатка через некоторое время начала протекать. Зак разделся до плавок, взял топор, веревку и ушел. Сказал, что искать пещеру, мол, он якобы видел с моря неподалеку одну. Это действительно оказался достаточно глубокий, чтобы спрятаться от любой бури грот, только проход к нему зарос всякой травой. Зак прорубил проход и вернулся к палаткам.
     - Дженни, выходи. Нужна твоя помощь. Возьми свой нож.
     Дженни вышла из палатки как амазонка. Практически обнаженная, с большим охотничьим ножом на поясе. У них у всех были такие, даже один запасной, Эклин. Зак шел сзади и говорил куда идти, а сам все больше возбуждался, глядя на ладную, стройную фигурку Дженни, с очень воинственного вида кинжалом, который она отвела на попу, чтобы не мешал ходить. Когда Дженни уже вошла в грот, она оглянулась и сказала с видом опытной первобытной пещерной жительницы:
     - Очень хороший грот. А что тут надо помогать?
     Зак стоял еще под дождем, тоже с ножом на поясе и с топором в руке. Он немного ссутулился и кровожадно смотрел исподлобья. Не отводя глаз от Дженни, он с силой метнул топор, и тот воткнулся в валявшийся старый ствол пальмы. Все в той же позе он расстегнул ремень и, широко взмахнув руками, отбросил его назад. Он постоял еще немного в этой позе, медленно облизнулся, шумно всосал слюни, и резко и неожиданно со всей силы бросился на Дженни. Довольно чувствительным ударом головы в грудь он бросил ее на песок и, едва не поцарапав грудь, сорвал лифчик. В напряженной позе он повис над ее телом и рыча и урча стал даже не целовать, а жадно сосать и грызть обе груди, подталкивая их себе в рот пальцами. Дженни орала, можно сказать благим матом, но не забывала при этом стягивать свои трусики. Ей не хотелось, чтобы они разделили участь лифчика.
     Покончив с грудью, дикарь Зак снова отклонился, и жадно хапнул пятерней между Дженниных ног. Он пошевелил пальцами, задумчиво закатил глаза кверху, недоуменно посмотрел ей туда, мечтательно помычал и с тем же рычанием бросился к новому объекту растерзания. Он небольно, сквозь губы, прикусывал ее клитор и половые губы и, словно тигр, разрывающий жертву на части, мотал головой. Дженни закинула ноги, как только могла высоко, и орала самым своим тонким визгом во всю мощь своих легких, даже не пытаясь сложить хоть какие-либо слова. Зак передвинул ее нож точно на середину живота, и тот практически доставал до входа во влагалище. Зак вошел в Дженни, и при каждом движении вперед старался задеть членом кончик ножен. В момент своего оргазма он схватил Дженни за ремень, натянул ее всю как можно дальше на себя, да еще, чтобы ножны своим кончиком давили ему на лобок. И его победный жизнеутверждающий вопль не смог перекрыть шум ветра и дождя.
     Только спустя несколько минут они смогли подняться. Дженни узелками связывала остатки своего лифчика, пока Зак выдирал топорик из пальмы.
     За несколько ходок они втроем перетащили вещи и палатки, и пока девушки готовили, Зак отыскал тент и использовал его в качестве дополнительного крепления "Бумеранга".
     К обеду девушки переоделись в сухие холщовые сарафаны "джамперы", как не без удовольствия заметил Зак, обе на голое тело.
     На следующий день ветер ослаб, но дождь не переставал. Зак спускался несколько раз проверить лодку, а все остальное время они играли в русскую школу. Джеки была учительницей французского. За правильные ответы она, в строгом соответствии с описанием Зака русской школы, капала из поварешки в рот ученикам меда, а за неправильный, облизав мед сама, с оттягом лупила по лбу. Ребята решили по возвращении домой лоббировать в университете такую двухбалльную систему оценок. Правда была вероятность того, что выжившие неуспевающие станут бакалаврами-паралитиками, а выжившие отличники станут бакалаврами-диабетиками.
     Дождь перестал еще ночью. Зак послушал погоду, убедился, что в их районе дают ясно и попутный ветер, и в одиночку, пока девушки еще спали, спустил лодку, поставил мотор и уложил груз. В этот день предстояло сделать 120 миль, и завтракали опять на лодке, на этот раз даже без остановки. Девушки по очереди стояли у руля, и Зак, чтобы те не скучали, давал им всякие веселые вводные, спокойно жуя положенный ему капитанский паек.
     - Кит с эрекцией на 4 румба справа по борту. Ну, зачем же ты берешь лево руля, Джеки? Тебе что, не нравится?
     - Человек за бортом! Дженни, я сказал человек, мужчина! Тебе, что, меня мало, или ты для Джеки стараешься?
     Остров, на котором они собирались заночевать в этот раз, был довольно большим, но необитаемым. На нем, согласно путеводителю, не было хищников, кроме двух пар стервятников, которые питались в основном ужасно ушастыми мышами. На него раз в месяц заходил теплоходик местной компании с франглийским (по выражению Джеки) названием "Атолл Турс", и в остальное время остров был диким уголком. Теплоход должен был уйти позавчера.
     В заходящем солнце остров выглядел довольно мрачно. Он представлял из себя потухший вулкан, и сделан был в основном из базальта, соответственно и пляжи этого острова были сплошь из черного песка. За десятки тысяч лет спокойной жизни остров оброс немного кораллами, и вокруг него кое-где образовались лагуны и бухты. В одну такую бухточку они и зашли. Разгрузились, вытащили лодку. Обследовать окрестности было уже темно, и, поужинав, ребята заночевали опять в одной палатке.
     Утром стали осматриваться, и результаты осмотра были неутешительными. Тот маленький пляжик, к которому они причалили, был со всех сторон огорожен нагромождениями туфа и густой растительностью. Выходить вглубь острова было трудно. Чтобы не проходить каждый раз скальный маршрут, решили отчалить и поискать лучшего места. Сказано - сделано. Столкнули лодку, загрузили. Она стояла на мелководье, осталось бросить рюкзаки и палатку. Зак бросил в лодку свой рюкзак и пошел обратно к берегу, чтобы взять рюкзаки девушек, как вдруг услышал неожиданно громкий вскрик чаек. Он инстинктивно обернулся и сначала решил, что у него кружится голова. Но с вестибулярным аппаратом все было ОК, это на самом деле на него надвигался вал высотой не менее 3 метров. Именно эта волна, очевидно, и потревожила чаек. Волна легко подхватила "Бумеранг" и подняла выше головы Зака. Он понял, что тоже самое, сейчас будет и с ним. Он крикнул со всей силы:
     - Бегите!
     А сам упал в мелкую воду и попытался вцепиться в песок. Как погиб "Бумеранг" он не видел. А дело было так. Волна пронесла лодку над пляжем на высоте второго этажа и со всей своей морской дури шлепнула ее о туфовый утес. Стеклопластиковый корпус хлопнул как попкорн и все, что успели погрузить в лодку, волна слизнула с берега в море.
     Маневр Зака почти удался, волна прошла над его головой, не оторвав от песка, но протащила его добрых 15 ярдов. Зак вскочил весь изодранный, убедился, что Джеки и Дженни живы и бросился обратно в воду, ловить, что еще не утонуло и доставать со дна, что еще не далеко смыло. Дело осложнялось еще и тем, что вся бухта теперь была залита бензином из почти неизрасходованных баков. Сразу удалось поймать свой рюкзак и сумку с примусами и запасными баллонами.
     Позже собрали довольно много консервов, немного посуды. Лопаты, топоры и веревки были распределены по рюкзакам и поэтому уцелели. Из ощутимых потерь главными были:
     1. Лодка
     2. Мотор
     3. Горючее
     4. Спутниковый телефон
     GPS было не жалко, на фиг он нужен, да у Зака был еще свой набор навигационных инструментов.
     Отрадно было, что никто не впал в панику. Сразу же трезво все обсудили. Самое позднее через месяц придет корабль и их заберут. Продуктов на месяц, конечно, маловато, но одних кокосов и бананов тут видимо-невидимо, и, возможно, удастся наладить рыбную ловлю. Запас батареек погиб, поэтому радио решили слушать по 5 минут в 12:00 и в 24:00, только новости. Зак открыл приемник, чтобы посмотреть, нельзя ли сделать из него передатчик, но там были одни сборки и микросхемы. Зак не стал рисковать. Экономить надо было на всем, поэтому костер должен гореть всегда. День и ночь, чтобы не тратить спичек.
     - Гринпис нас простит, - заверил Зак девушек.
     В новой ситуации положение лагеря как раз было наиболее удачным, тем более что тут тоже была пещера. Не такая роскошная, как на предыдущем острове, но места хватало и для костра и для сна.
     У острова была ярко выраженная вершина, и на ней сложили запас дров и накрыли сплетенным навесом, который впоследствии будет нужен для модуляции столба дыма, чтобы его не приняли за пожар или извержение. На полпути от лагеря к вершине было болотце, которое пока, после дождей походило на озерцо, и в обязанности сменяющегося дежурного входило носить воду в лагерь.
     Зака очень интересовало, откуда взялась такая волна. Скорее всего, это была небольшая цунами от несильного землетрясения, думал он сначала. Но по радио сообщали о каждом, абсолютно каждом, даже самом незначительном землетрясении, но в последние несколько дней ничего не было. Джеки не могла прослушать (как билингв она была назначена ответственным за радио). Зак часто сидел на утесе над бухточкой и наблюдал за волнами. Иногда даже при полном штиле волны внутри бухты вдруг становились сильнее, чем в открытом океане. Зак внимательно изучил гидрологию бухты и решил, что при определенных условиях откатывающаяся от берега волна отражается от огораживающих бухту рифов. И если в этот момент из океана приходит волна с конформным фронтом и в той же фазе - наступает резонанс. Закатываясь в сужающийся и мелеющий заливчик, волна еще больше усиливается. Однако ясно было, что такие происшествия чистейшая случайность и предугадать их совершенно невозможно.
     Дженни видела, что Джеки все труднее становится переносить ее и Зака общество. Однажды когда Дженни пошла сменять Джеки на посту чуть раньше обычного, она заметила сзади на шортах удаляющейся Джеки все увеличивающееся мокрое пятно.
     В первый раз Джеки стала мастурбировать, когда с верхушки горы увидела на одном из пляжей острова, как Дженни с Заком делают ╚как обезьяны╩. Издалека ей было ничего не слышно, но очень хорошо видно в не ахти какой, но все-таки 10-ти кратный бинокль. Джеки легла и уперлась локтями в землю, чтобы руки не дрожали. Когда смотреть стало не на что, она перевернулась на спину, и не понятно кого стыдясь, не снимая шортов и трусов впервые в жизни удовлетворила себя сама.
     Эти занятия ненадолго, но примирили ее с действительностью. На самом деле, в отличие от того, что у нее было с Экли ей сейчас нужен был не секс, а Зак, который как раз ничего не замечал. Он был влюблен в Дженни и слишком занят выживанием, чтобы обращать внимание на то, сколько времени его руки соприкасаются с чьими-то другими, и в скольки дюймах от него проходит чья-то грудь.
     Ее любимым временем было время дежурства Дженни. Джеки ходила вместе с Заком собирать устриц, оставалась с ним в лагере, чтобы и побыть поближе к нему физически, и побольше поговорить. Вскоре она нашла оптимальное в сложившейся ситуации решение: она некоторое время болтала с Заком, ходила около него, просила у него что-нибудь, только бы потрогать его руки, стукнутся о него ногой, задеть попой, в общем, возбуждалась, а потом, когда он уходил на утес считать свои волны, садилась под тентом и, глядя на него, доводила себя до оргазма.
     Именно эту картину и увидела Дженни, кубарем скатившись с горы. Она увидела дым корабля и уже развела костер. Дженни знала, что лагерь не виден с вершины, и до него и не докричаться, поэтому бежала и летела молча. Вот так и выкатилась почти прямо между Джекиных ног. Та уже закрыла глаза и с бешеной силой обеими руками мастурбировала себе клитор и вагину. Дженни тихонечко отошла обратно и из зарослей радостно закричала:
     - Корабль! Корабль! Я видела дым! Бежим скорее! Костер уже горит!
     Дженни намеренно пробежала мимо Джеки, как будто вообще ее не заметила.
     Это действительно был дым. Судя по тому, какой он был густой, скорее всего какое-нибудь грузовое судно, танкер или сухогруз. Пассажирские топят более приличным топливом. Зак подкинул свежих листьев для дыма и попытался разделять столб на длинные и короткие отрезки. ... --- ... . SOS. Корабль шел за горизонтом, но дым мог бы увидеть. Зак послал девчонок за новой партией сухих дров, и еще целый час махал навесом, подкидывал траву и раздувал огонь, пока дым корабля полностью не рассеялся.
     Не заметили.
     Ужинали в прескверном настроении в полной тишине, не проронив ни слова. Была Джекина очередь мыть посуду, и она ушла на берег. Дженни не знала с чего начать.
     Она не была дипломатом. Однако не всегда говорить, что думаешь она научилась еще в школе. В начальной школе ее невзлюбили и ученики и учителя. И хотя искусству молчать она обучилась еще в 10 лет (врать так и не научилась к 18 годам), натянутые отношения в школе остались. В средней школе была возможность начать все заново, и Дженни завевала репутацию надежной подруги. Ей все доверяли свои маленькие секреты и большие тайны, и дальше нее эта информация хода не имела. Лишенная начисто способностей к интригам, заговорам и шантажу она просто слушала, что ей говорят, даже не думая это хоть как-то использовать. Со временем она научилась у взрослых и старших студентов говорить "Вау!", "Потрясающе", "Невероятно", "Это я говорю", "Мне так жаль", "Да, что вы", и, что удавалось совсем немногим, строить монологи и общение из ОДНИХ этих фраз, что и приводило Зака поначалу просто в бешенство.
     И вот впервые ей предстояло воспользоваться чужой тайной.
     Выросшая на ферме в средней, в меру пуританской и ханжеской семье, Дженни считала все, что не "писька в письку" извращением. Вообще-то, до своего первого опыта она считала извращением и все, кроме "она снизу, он сверху", но кузен-ровесник сумел ее в этом разубедить.

страницы: [Пред.] 1 2 3 [След.]

 | м | новое - старое | эротические рассказы | пособия | поиск | рассылки | прислать рассказ | о |

  отмазки © XX-XXI морковка порно фото Вторник 17.07.2018 18:33